Блондинка в бетоне - Страница 37


К оглавлению

37

– Рад за тебя. И что же ты сказал Эдгару?

В этот момент снова зазвонил телефон. Взяв трубку, Мора назвал свою фамилию и несколько секунд молча слушал.

– Сейчас я не могу говорить. Я тебе перезвоню. И где же это ты?

Пометив что-то себе в блокнот, он повесил трубку.

– Извини. Я передал Эдгару ее идентификацию – я имею в виду Отличницу Секса. У меня есть ее отпечатки пальцев, фотографии – в общем, все. Если хочешь, могу показать тебе несколько ее снимков прямо за работой.

Он подвинул кресло к шкафу, но Босх сказал, чтобы он не трудился.

– Как скажешь. В любом случае, у Эдгара есть все. Думаю, он уже несет отпечатки к коронеру, чтобы подтвердить идентификацию. Цыпочку звали Ребекка Камински. Бекки Камински. Если бы она была жива, ей было бы двадцать три года. Жила в Чикаго, пока не приехала в город греха в поисках славы и состояния. Какая потеря, правда? Это была красивая молодая штучка, благослови ее Господь.

В обществе Мора Босх чувствовал себя как-то неуютно, и это чувство было не новым. Когда они вместе работали в спецгруппе, Гарри не покидало ощущение, что для Мора все эти убийства ничего особенно не значат – ну прямо-таки совсем ничего. Детектив просто отрабатывал номер, оказывая помощь в тех случаях, когда это от него требовалось. В своей области он определенно был хорошим специалистом, но для него как будто не имело значения, удастся им остановить Кукольника или нет.

В нем странным образом сочетались набожность и цинизм. Сначала Босх считал, что Мора просто притворяется – за несколько лет до этого подобные игры были в управлении популярны, – но потом понял, что это не так. Однажды он наблюдал, как Мора, приехав на место совершенного Кукольником преступления, перекрестился и беззвучно произнес молитву. Из-за ощутимой неловкости Босх после инцидента с Норманом Черчем и роспуска спецгруппы мало контактировал с Мора. Тот вернулся в свой отдел, а Босх был отправлен в Голливуд. Время от времени они виделись в суде, либо в «Семерке» или в «Красном ветре». Но даже в барах обычно сидели отдельно, каждый со своей компанией, и лишь посылали друг другу пиво.

– Гарри, по меньшей мере два года назад она еще была жива. Тот фильм, что ты нашел, «Сыщики из склепа», сняли как раз два года назад. Это означает, что Черч точно ее не убивал… Возможно, это сделал тот, кто послал записку. Не знаю, хорошая это для тебя новость или плохая.

– Я тоже не знаю.

На время убийства Камински Черч имел железобетонное алиби – он был мертв. К этому следовало добавить то бесспорное алиби, которое обеспечивала Черчу сделанная Вечореком видеозапись. В итоге ощущение паранойи, которое Босх и без того испытывал, постепенно переходило в панику. Четыре последних года у него не было никаких сомнений по поводу своего поступка.

– Ну а как идет суд? – спросил Мора.

– И не спрашивай. Можно от тебя позвонить?

Босх набрал номер эдгаровского пейджера и послал на него номер телефона Мора. Затем повесил трубку и стал ждать звонка, не зная, что еще сказать.

– Суд есть суд. Ты все еще должен выступать?

– Думаю, да. Мне назначено на завтра. Не знаю, чего она от меня хочет. Меня даже не было в тот вечер, когда ты взял этого ублюдка.

– Ну, ты же работал со мной в спецгруппе. Этого вполне достаточно, чтобы тебя в это втянуть.

– Ну, мы…

Тут зазвонил телефон, и Мора снял трубку, которую сразу же передал Босху.

– Ну, и где же это ты, Гарри?

– Я здесь, у Мора. Он дал мне информацию. С отпечатками что-нибудь получается?

– Пока нет. Я упустил своего человека из службы идентификации – он уже ушел на обед. Так что отпечатки я оставил здесь. Подтверждение будет сегодня, но попозже. Ждать его я не собираюсь.

– А где ты сейчас?

– У «без вести пропавших». Пытаюсь узнать, сообщали ли об этой девушке как об исчезнувшей.

– И долго ты там будешь?

– Только начал. Приходится перебирать бумажки – на компьютер они перешли всего полтора года назад.

– Я подъеду.

– У тебя же суд!

– Ничего, у меня еще есть немного времени.

Босх ощущал необходимость двигаться, что-то делать. Это был единственный способ хоть как-то избавиться от того ужаса, который его душил, от мысли о том, что он убил невиновного человека. Вернувшись в Паркер-центр, он спустился по лестнице на первый подземный этаж. Отдел по розыску без вести пропавших был небольшим подразделением внутри отдела, занимавшегося розыском лиц, которые скрывались от правосудия. Сидя за столом, Эдгар листал пачку белых бланков.

По этим делам даже не проводилось никакого расследования. Если бы последовало какое-либо продолжение, их подшили бы в папки.

– Пока ничего нет, – сказал Эдгар, после чего представил Босха сидевшему за соседним столом детективу Моргану Рандольфу. Рандольф дал Босху пачку отчетов, и следующие пятнадцать минут он просматривал свидетельства чьих-то утрат, попадавшие в бесчувственные руки полицейского управления.

– Гарри, в описании ищи татуировку чуть повыше задницы, – сказал Эдгар.

– Как ты о ней узнал?

– У Мора были фотографии Отличницы Секса – в действии, как говорит Мора. И там слева от ямочки есть татуировка – Йосемитский Сэм, ну, знаешь, из мультфильма.

– А на теле ты ее нашел?

– Не обратил внимания – кожа сильно обесцвечена. Да и сзади я, честно говоря, особо не смотрел.

– А что вообще происходит? Ты как будто говорил, что вскрытие должны были сделать вчера.

– Ну да, так говорили, но потом я позвонил и выяснил, что они все еще приходят в себя после выходных. Тело еще даже не подготовили. Недавно я звонил Сакаю, и после обеда он посмотрит у себя в холодильнике, поищет татуировку.

37