Блондинка в бетоне - Страница 36


К оглавлению

36

– Давайте подумаем вот о чем, Босх, – сказал Белк.

– Шесть месяцев назад мы могли бы урегулировать этот вопрос за пятьдесят тысяч. Судя по тому, как пошли дела, это просто семечки.

– Вы сами в это верите, не так ли? – резко повернувшись к нему, сказал Босх (оба стояли возле ограждения, ограничивающего доступ к столу защиты). – Во все это. В то, что я убил не того, и в то, что мы подбросили ему все, что связывало его с убийствами.

– Во что я верю, не имеет значения, Босх.

– Да пошел ты, Белк!

– Как я уже говорил, нам надо кое о чем подумать.

Протиснув свою тушу сквозь ограждение, он направился к выходу. Бреммер вместе с еще одним репортером попытались было к нему подойти, но он от них отмахнулся. Последовав за ним, Босх также отослал репортеров прочь, однако Бреммер от него не отставал.

– Послушай, я ведь тоже рискую. Об этом парне я написал книгу, и если вы ошиблись, мне нужно это знать.

Босх внезапно остановился, так что Бреммер едва на него не натолкнулся. Босх пристально смотрел на репортера. Примерно тридцати пяти лет, полный, с редеющими каштановыми волосами. Подобно многим другим, он попытался компенсировать лысину, отрастив густую бороду, из-за чего стал выглядеть еще старше. Босх заметил у него под мышками темные круги, но хуже всего был даже не запах пота – изо рта у Бреммера ужасно воняло табаком.

– Послушай, если ты считаешь, что мы ошиблись, напиши другую книгу и получи за нее еще сто тысяч долларов. С чего это тебя заботит, тот он или не тот?

– В этом городе у меня есть определенная репутация, Гарри.

– И у меня тоже. Что ты собираешься завтра написать?

– Я обязан написать о том, что здесь происходит.

– Но ведь ты еще и свидетель? Этично ли это, Бреммер?

– Я не свидетель. Вчера она освободила меня от дачи показаний. Я должен только подписать заявление.

– О чем?

– О том, что написанная мной книга содержит, насколько мне известно, лишь правдивую и точную информацию. Что данная информация почти полностью исходит из полицейских источников и прочих документов публичного характера.

– Кстати, об источниках. Кто сообщил тебе о вчерашней записке?

– Я не могу этого сказать, Гарри. Вспомни, сколько раз ты конфиденциально давал мне информацию. Ты же знаешь, что я никогда не раскрываю своих источников.

– Да, я это знаю. А еще я знаю, что меня кто-то подставляет.

С этими словами Босх вошел в лифт и начал спускаться вниз.

Глава десятая

Отдел по борьбе с безнравственностью размещался на третьем этаже полицейского участка центрального округа. Добравшись туда за десять минут, Босх обнаружил Рея Мора сидящим за своим столом в помещении для инструктажа с прижатой к уху телефонной трубкой. На столе лежал журнал с цветными фотографиями, изображавшими совокупляющуюся пару. Девушка на фотографиях казалась чрезвычайно молодой. Слушая собеседника, Мора одновременно листал журнал, бросая беглый взгляд на фотографии. Кивнув Босху, он молча указал ему на стул.

– Ну, именно это я как раз и проверял, – сказал он в трубку. – Они просто пытаются спрятать концы в воду. Поспрашивай там и дай мне знать, если что-нибудь нароешь.

Дальше он вновь молча слушал, а Босх так же молча его рассматривал. Фигурой он походил на самого Гарри, только с темно-коричневой кожей и карими глазами. Прямые каштановые волосы были коротко подстрижены, кроме того, он был гладко выбрит. Как и большинство своих коллег, Мора одевался достаточно небрежно – синие джинсы и расстегнутая на груди черная рубашка. Если бы Босх сейчас мог заглянуть под стол, то наверняка увидел бы еще и ковбойские башмаки. На груди Мора висел золотой медальон, на котором был изображен голубь с распростертыми крыльями – символ Святого Духа.

– Как ты думаешь – ты можешь найти мне место происшествия?

Молчание. Покончив с журналом, Мора что-то написал на его обложке, взял следующий и также принялся его листать.

На картотечном устройстве висел календарь Гильдии исполнителей кино для взрослых. Это были фотографии обнаженной порнозвезды по имени Дельта Буш – на каждый день недели. В последние годы она стала весьма известной благодаря романтической связи с одним из актеров обычного кино. Под календарем стояла религиозная статуэтка, которую Босх определил как Пражского инфанта.

Он знал это потому, что в детстве одна из его приемных матерей подарила ему похожую статуэтку перед тем, как отправить обратно в приют – Гарри оказался не таким, как она надеялась. Подарив ему статуэтку и попрощавшись, женщина сообщила, что младенец известен как Маленький Король – святой, который уделяет особое внимание молитвам детей. Интересно, знает ли Мора эту историю или же статуэтку он поставил здесь просто шутки ради?

– Ты только попробуй, – сказал Мора в трубку. – Добудь мне место происшествия, и можешь становиться в очередь за деньгами из фонда для осведомителей… Угу, угу. Потом.

Он повесил трубку.

– Ну, и где же это ты, Гарри?

– Что, Эдгар здесь уже побывал?

– Ушел совсем недавно. Он с тобой говорил?

– Нет.

Заметив, что Босх смотрит на разворот, где две голые женщины стояли на коленях перед каким-то мужчиной, Мора прикрепил к странице желтый самоклеющийся листок бумаги и закрыл журнал.

– Господи, и вот это дерьмо мне приходится постоянно просматривать. Готов поспорить, что этот издатель снимает несовершеннолетних. А знаешь, как я это выясняю?

Босх покачал головой.

– Не по лицу и не по сиськам. По лодыжкам, Гарри.

– По лодыжкам?

– Угу, по лодыжкам. Все дело в них. У молодых цыпочек они совсем гладкие. Обычно по лодыжкам я могу определить, есть ей восемнадцать лет или нет. Потом, конечно, я проверяю это по их свидетельствам о рождении, лицензиям и т. д. Выглядит полным безумием, но помогает.

36