Блондинка в бетоне - Страница 30


К оглавлению

30

Босх знал, что эта женщина умерла, умерла насильственной смертью, и сейчас, видя, как она подвергается другому виду насилия, он испытывал совершенно неожиданные для себя ощущения – его переполняли грусть и чувство вины. Как и большинство копов, он повидал на своем веку немало зла; к тому же Босх уже смотрел фильмы с участием двух других убитых Кукольником порноактрис. Тем не менее подобное беспокойство охватило его впервые.

На пленке актриса вытащила палец изо рта и начала громко стонать. Схватившись за регулятор, Босх убавил звук. Тем не менее он все еще ее слышал: стоны Отличницы сливались с криками, доносящимися из соседних кабинок – другие мужчины смотрели то же самое шоу. Мысль о том, что это видео по разным причинам вызывает интерес разных людей, вызвала у него дрожь.

Сзади неожиданно зашуршала занавеска, и он услышал, как кто-то вошел в кабинку. В тот же миг чья-то рука схватила его за бедро и потянулась к промежности. Босх рванулся за пистолетом, но, повернувшись, увидел, что перед ним женщина, которая меняет деньги.

– Что я могу сделать для тебя, дорогой? – проворковала она.

Босх оттолкнул от себя ее руку.

– Можешь уйти отсюда.

– Ну давай, милый – зачем смотреть телевизор, когда ты можешь сделать это живьем? Двадцать баксов – больше я сбавить не могу. Приходится делиться с начальством.

Она уже вновь прижималась к нему, и Босх даже не мог сказать, от кого сейчас противнее воняет табаком. Ее твердые груди прижимались к его груди. Но тут она внезапно замерла на месте, почувствовав пистолет. Секунду они молча смотрели друг на друга.

– Все правильно, – сказал Босх. – Если не хочешь в клетку, то убирайся отсюда.

– Никаких проблем, офицер, – сказала она.

Отодвинув занавеску, она вышла вон. В этот момент на экране вновь появилось меню – два доллара уже кончились.

Уходя, Босх слышал, как изо всех кабинок доносятся притворно-страстные крики Отличницы Секса.

Глава восьмая

Двигаясь по шоссе, он пытался представить себе эту жизнь. Какую надежду она лелеяла – словно свечу под дождем, – когда вот так лежала на спине и невидящим взглядом смотрела на копошащегося на ней чужого мужчину? Надежда – это единственное, что у нее оставалось. Босх хорошо знал, что именно надежда заставляет сердце биться. Без нее нет ничего – одна пустота.

Он думал о том, каким образом могли пересечься пути убийцы и жертвы. Возможно, семя похоти и смертоносного желания заронила как раз та «петля», которую он сегодня увидел. Возможно, убийца брал напрокат то же самое видео, которое Босх только что купил за пятьдесят долларов. Был ли это Черч или кто-либо другой? Коробка, вспомнил Босх, и остановил машину на бульваре Ван-Нуйс, в Пакоиме.

Съехав на обочину, он достал коробку из коричневого бумажного мешочка, которым снабдил его маленький. Включив свет, он принялся внимательно изучать поверхность коробки, вчитываясь в каждое слово. Увы, здесь отсутствовал знак копирайта, который мог бы подсказать, когда выпущен фильм, – до или после смерти Черча.

После этого он двинулся на север, в долину Санта-Кларита. Выбравшись на Букет-Каньон-роуд, поехал через жилые кварталы, мимо домов, выстроенных в традиционном калифорнийском стиле. На дель-Прадо он остановился перед зданием, на котором виднелось объявление риэлторской фирмы «Райхенбах реалти».

Сильвия уже больше года безуспешно пыталась продать этот дом. Босх всегда вспоминал об этом с чувством облегчения – ведь иначе ему пришлось бы решать, что им с Сильвией делать дальше.

Сильвия открыла дверь еще до того, как он успел подойти.

– Привет!

– Привет!

– У тебя еще остались дела?

– Так, есть кое-что по работе. Нужно будет еще сделать пару звонков. Ты поела?

Наклонившись, он поцеловал ее и вошел в дом. На Сильвии было серое платье, которое она любила носить дома, после работы. Распущенные волосы свисали до плеч, на осветленных прядях играли отблески света, проникавшего из гостиной.

– Съела салат. А ты?

– Еще не ел. Я бы съел что-нибудь вроде сандвича. Слушай, я очень извиняюсь. С этим судом, а теперь с этим новым делом… ну, ты понимаешь.

– Ничего страшного, я просто по тебе скучала. Прости, что я так разговаривала по телефону.

Она обняла его и поцеловала. С ней он чувствовал себя легко и непринужденно. И это было прекрасно – такое вот ощущение. Раньше он никогда его не испытывал и иногда забывал о нем, когда находился от нее далеко. Но как только он возвращался к ней, возвращалось и это чувство.

Взяв Гарри за руку, она отвела его на кухню и, велев садиться, принялась готовить сандвич. Поставив на плиту сковородку, она зажгла газ, потом положила на сковороду четыре куска бекона. Пока они жарились, Сильвия нарезала помидор вместе с авокадо и уложила их на листья салата. Встав, Босх достал из холодильника банку пива и поцеловал Сильвию в шею. И тут же отступил, раздраженный воспоминанием о том, как та женщина схватила его сегодня в кабинке. И надо же было этому случиться!

– Что такое?

– Да нет, ничего.

Она положила в тостер пару кусков хлеба с подсолнечным маслом и сняла бекон со сковородки. Через несколько минут она положила сандвич на стол, а сама села рядом.

– Кому ты должен позвонить?

– Джерри Эдгару и, возможно, одному парню в отдел по борьбе с безнравственностью.

– С безнравственностью? Она что, снималась в порно, эта новая жертва?

Когда-то Сильвия была замужем за копом и теперь сама мыслила как коп. Босху это в ней нравилось.

– Думаю, что да. У меня на нее есть одна зацепка. Но у меня суд, поэтому мне придется им ее отдать.

30