Блондинка в бетоне - Страница 117


К оглавлению

117

– Я арестован? – спросил Локке, когда Эдгар закончил чтение.

– Пока нет, – сказал Эдгар.

– Нам просто нужно кое-что прояснить, – добавил Босх.

– Мне это совсем не нравится.

– Я понимаю. А теперь – вы хотите дать пояснения насчет своей поездки в Вегас? С вами кто-нибудь был?

– С шести часов вечера в пятницу и вплоть до того момента, когда я десять минут назад оставил свою машину в квартале отсюда, со мной постоянно находилась одна особа – за исключением того времени, что я находился в ванной. Это неле…

– И кто эта особа?

– Моя подруга. Ее зовут Мелисса Менкен.

Босх сразу вспомнил молодую женщину по имени Мелисса, сидевшую у Локке в приемной.

– Которая специализируется по детской психологии? Блондинка? Из вашей приемной?

– Да, это она, – неохотно ответил Локке.

– И она скажет нам, что все это время вы были вместе? В одном номере, в одной гостинице и вообще все вместе?

– Да. Она все это подтвердит. Мы как раз возвращались обратно, когда услышали об этом по радио – станция KFWB. Она ждет меня там в машине. Пойдите поговорите с ней.

– А что это за машина?

– Голубой «яг». Послушайте, Гарри, идите поговорите с ней, и покончим с этим делом. Если вы не станете поднимать шум насчет того, что я был со студенткой, я не пророню ни звука относительно этого… этого допроса.

– Это не допрос, доктор. Поверьте мне – если мы начнем вас допрашивать, вы об этом узнаете.

Он кивнул Эдгару, и тот отправился искать «яг». Когда они оказались одни, Босх отодвинул от стены кресло и уселся перед столом.

– Что случилось с подозреваемым, за которым вы следили, Гарри?

– С ним все в порядке.

– Что вы имеете…

– Так, ничего.

Они молча сидели почти пять минут, когда наконец Эдгар просунул голову в дверь, приглашая Босха выйти наружу.

– Все сходится, Гарри. Я говорил с девушкой – она утверждает то же самое. В машине есть квитанции об оплате кредитной карточкой. В МГМ они поселились в субботу, в три часа. Есть также квитанция с автозаправки из Викторвилля, на ней отмечено время – суббота, девять часов утра. Викторвилль где-то в часе езды. Похоже, они действительно были в дороге, когда с Чандлер это случилось. Кроме того, девушка говорит, что они провели вместе еще и ночь с пятницы на субботу – в его доме в горах. Можно еще проверить, но мне кажется, что он нас не обманывает.

– Ну… – начал Босх, но так и не закончил свою мысль.

– Тогда поднимайся и скажи там, что он, кажется, чист. Я собираюсь отвести его наверх, чтобы он там все осмотрел – если после всего он, конечно, захочет.

– Будет сделано.

Вернувшись в кабинет, Босх сел в стоящее перед столом кресло.

– Ну? – пристально глядя на него, спросил Локке.

– Она слишком напугана, Локке. Ее не удалось уговорить. Она рассказала нам правду.

– Да что за чушь вы несете? – заорал Локке.

Босх внимательно следил за его реакцией. Отразившиеся на лице доктора испуг и удивление были вполне искренними. Теперь Босх был уверен, что Локке тут ни при чем, и одновременно испытывал сожаление и некое извращенное чувство превосходства.

– Вы вне подозрений, доктор Локке. Мне просто нужно было в этом убедиться. Наверно, это только в кино преступник возвращается на место преступления.

Вздохнув, Локке опустил взгляд. Босх подумал, что сейчас он похож на водителя, остановившегося на обочине после того, как только что чудом избежал лобового столкновения с мчавшимся навстречу грузовиком.

– Черт побери, Босх, это был настоящий кошмар!

Босх кивнул. Он хорошо знал, что это такое.

– Эдгар пошел наверх, чтобы расчистить путь. Он должен спросить лейтенанта, нельзя ли вам подняться и осмотреть место преступления. Если вы все еще хотите пойти.

– Прекрасно, – сказал Локке, но в его голосе не слышалось энтузиазма.

После этого они некоторое время опять сидели молча. Вытащив сигареты, Босх обнаружил, что пачка пуста. Он сунул ее обратно в карман – чтобы не оставлять фальшивых улик в корзине для мусора.

Разговаривать с Локке ему не хотелось. Вместо этого он смотрел в окно на то, что происходило внизу. После брифинга собравшаяся было толпа журналистов уже рассеялась. Сейчас некоторые телерепортеры фиксировали на пленку изображение «дома смерти». Опрашивая соседей, Бреммер яростно строчил что-то в своем блокноте.

– Можно идти, – сказал вошедший Эдгар.

– Джерри, ты можешь сам отвести его наверх? – задумчиво глядя в окно, сказал Босх. – Я только что вспомнил об одном деле.

– Да пошли вы! – глядя на детективов, сказал Локке. – Вы оба. Идите вы на… Так вот, мне просто нужно было это сказать. А теперь обо всем забудем и пойдем работать.

Встав, он подошел к Эдгару. Он был уже в дверях, когда Босх его остановил.

– Доктор Локке!

Тот повернулся к Босху.

– Этот парень сейчас, наверно, торжествует, а?

– Да, – немного подумав, сказал Локке, – сейчас он должен очень гордиться собой, своими достижениями. Самое для него трудное сейчас – сдерживаться. Ему хочется торжествовать.

Они ушли, а Босх просидел, глядя в окно, еще несколько минут.

Когда он вышел из дома, репортеры, знавшие, кто он такой, прижались к желтой ленте и принялись выкрикивать вопросы. Поднырнув под ленту, Босх заявил, что не может дать никаких комментариев и что скоро появится шеф Ирвинг. Это как будто на время их успокоило, и Босх не спеша двинулся по улице к своей машине.

Он знал, что Бреммер мастерски действует в одиночку. Предоставив толпе сделать свое дело, он затем подходит один и успешно добивается того, чего хочет. Босх не ошибся и на этот раз. Когда он подошел к машине, рядом показался Бреммер.

117